– Я сам позвоню в Париж. Кроме служанки, вы еще кого-нибудь видели в доме?

– Нет, господин комиссар. Эта женщина сказала, что госпожа Рено вот уж две недели как уехала в Америку. Она уверяет, будто слышала чьи-то торопливые шаги по лестнице. Мужские шаги, она сказала.

– Какой номер дома?

– Восемнадцать, господин комиссар.

– Хорошо, ждите. Я сейчас приеду.

Он сообщил о случившемся на набережную Орфевр, инспектору Марсану. Приложив телефонную трубку к уху, тот записывал:

– Нейи, улица Бержерак, восемнадцать, Рено, Поль-Жан-Гастон. Шесть пуль в грудь и живот.

Неожиданно инспектор Марсан остановился и, быстро пробежав глазами написанное, переспросил:

– Поль Рено?

– Да! – подтвердил на другом конце провода мрачный голос комиссара Клерона.

– Тот самый Поль Рено?

– По всей вероятности, он, если судить по адресу…

– Господи, Боже мой…

– Нам было приказано установить за этим господином Рено наблюдение, и если что случится, немедленно сообщить в криминальную полицию.

– Хорошо, благодарю вас, Клерон. Мы сейчас приедем.

Инспектор повесил трубку и вышел в соседнюю комнату, где сидели полицейские.

– Где Маркус?

Один из полицейских взглянув на часы, ответил:

– Скоро должен подойти.

– А Крик?

Полицейский молча указал пальцем на соседнюю комнату. Заглянув туда, Марсан увидел маленького сморщенного человечка, который стоял на коленях перед шкафом, где хранился архив. Комиссар показал ему текст телефонограммы, и поскольку Крик не отреагировал на это, громко произнес:

– Поль Рено!

– Ну и что? – спросил Крик.

– Снова это имя!

Крик, словно внезапно что-то вспомнив, выхватил у него бумажку и внимательно прочел запись. Затем поднял глаза на инспектора.

– Тот самый? Марсан кивнул.

– Кто это сделал?

– Если бы мы знали, я бы здесь не стоял.

– Как это случилось?