Он выбрасывает на стол шнур.

- Вижу, это шнур.

- Не узнаете?

- Нет.

- Вам же руки им связали.

- Правда?

Я с интересом рассматриваю эту веревку. Следователь со злостью вырывает ее из рук.

- Этот шнур от военной палатки.

- Военной палатки?

Нет, я ничем не могу ему помочь

- Кто вас выбрасывал?

- Не знаю.

- Куда же вы упали?

- Не помню.

- Ваша фамилия, имя, отчество?

Я пожимаю плечами.

- Ладно. Посидите пока у нас в камере, мы хоть по фотографии попытаемся установить вашу личность.

Сокамерники с пониманием отнеслись к моему происшествию.

- Странно, - говорит громила по кличке Шмель, - русский язык знаешь отменно, считать не разучился, ложку держать можешь, а остальное ни хрена не помнишь.

- У моего тестя, - говорит мошенник Бывалый, - один раз был такой же случай. Его обушком топора по кумполу стукнули, тоже память вылетела, так идиотом лет пять и ходил, пока не свалилось на него сосулька в городе. Пришел в себя на два часа, память вернулась вчистую, но зато умер...

- Может тебя того... стукнуть по голове, - предлагает торговец наркотиками Горкия. - Вдруг все вернется.

- Не надо. Мало ли что случится, - возражает Бывалый. - Тесть то, умер. Нам потом вообще воли не видать.

- Конечно все это странно, - развивает свою мысль Горкия, - В моей практике раз было, в нашу компашку попал такой странный тип, все молчит и молчит, сам по роже грузин, а ни хрена по-грузински не лопочет. Мы заподозрили, что это переодетый мент, подловили и треснули по башке...

Тут мошенник замолчал и, вытащив из кармана хибарок, сунул его в рот.

- Ей, Бывалый, дай огонька, - промычал он.

- На, дальше то, что было?

- Да ничего, идиотом оказался...

Все разочарованы.

- Судя по твоей комплекции, - рассуждает Шмель, - ты не плохо развит. Я бы на твоем месте, пока сидишь здесь, каждый день тренировался... Мало ли, в нашем положении всякая шушера приставать сможет, а ты их... в сосиску...