«Посольский» квартал занимает часть, пожалуй, самого живописного и уютного района Хельсинки — Кайвопуйсто. Некогда болото, трудами одного предприимчивого человека в первой половине прошлого века он был превращен в престижный курорт. Задача была не из легких — даже землю приходилось привозить туда на тележках. Но успех затеи был предопределен, когда часть акций будущей зоны отдыха приобрел Николай I.

Так что не только по памятникам можно искать русские следы в Хельсинки, но и гуляя по паркам города...

— С русским присутствием многое связано в Хельсинки, — говорила мне Ирина Линдберг. — Но раньше приезжавшие из России не очень про это спрашивали. Сами знаете, время какое было. А теперь интересуются, просят на кладбище православное свозить... Из 11 тысяч могил там большинство русских...

И ранним утром я тоже отправился туда. На кладбище — две церкви. Одна — небольшая с голубой луковкой, у самого входа: на ней мемориальная доска в память о русских моряках. Другая, побольше, напомнила мне храм Нового Валаама в Хейнявеси. Оказалось, не случайно. Ее возводил тот же архитектор, Иван Кудрявцев. Так вот в Хельсинки сошлись творения зодчих, строивших Старый и Новый Валаам.

Захоронение Синебрюховых искать не пришлось — большой памятник стоит едва ли не у самого входа. Нельзя пройти мимо и могилы Фаберже — памятник украшен знаменитым пасхальным яйцом. Набрел я и на захоронение Авроры Карамзиной, урожденной Шернвал — о ней мне рассказывала Ирина Линдберг: фрейлина при дворе Николая I, жена уральского заводчика-миллионера Демидова, родственница — через свою младшую сестру — Мусиных-Пушкиных, и наконец, жена русского офицера, погибшего в крымскую кампанию, сына знаменитого историка. Целый пласт русской истории в судьбе одного человека!