А вот могилу Танеевой-Вырубовой, той самой, что свела последнюю русскую императрицу с Распутиным, пришлось поискать. Кладбище было пустынным, и лишь неподалеку от входа я увидел двух рабочих — крепких молодых мужчин в ковбойках и джинсах с лопатами.

— Вы   говорите   по-английски?   — обратился к ним я, и получив положительный ответ, спросил без особой надежды: — Вы, случайно, не знаете, где могила Вырубовой?

Переглянулись, но в ответ — молчание. Понять по лицам, знакомо ли им это имя или нет, было невозможно — никаких эмоций. Я пустился в объяснения — это, мол, фрейлина последней русской царицы и так далее.

Они выслушали, так же не меняя выражения лиц, а потом, когда я решил, что разговор бесплоден — что такое для финских могильщиков Вырубова и почему они должны знать, где ее могила? — один из них, еще раз переглянувшись с напарником, сначала по-фински, а затем, поправившись, по-английски назвал мне номер участка: «27-й, а точнее не знаем».

Я вглядывался в надписи на памятниках и плитах, прочесывал указанный участок ряд за рядом. Вдруг меня окликнули: один из парней стоял невдалеке на дорожке и указывал рукой на могилу.

На небольшой, красного гранита плите была надпись: «Анна Александровна Танеева». Вот и финские могильщики: не только говорят по-английски, но и знают, что Вырубова и Танеева — одно лицо...

Рядом с православным кладбищем находится и мусульманское. Среди российских купцов, перебравшихся вслед за русским гарнизоном в Свеаборг, были казанские и нижегородские татары. Они-то и заложили основу исламской общины в Финляндии. Сегодня их осталось всего человек 800, но, говорят, торговля шелком, коврами и мехом до сих пор находится в их руках. Родной их язык теперь финский, в фамилии отброшено окончание «ОБ». Стали, так сказать, «финнами мусульманской веры». Но в стране теперь мусульман куда больше.