Павловский посад. Июнь 1953г.

Я приехал, когда дивизия развернулась и заняла боевые порядки перед Москвой.

Командир дивизии генерал Д. не очень любезно встретил меня, но ознакомил с обстановкой.

- Когда намечается встреча? - спросил я.

- Через час, товарищ полковник.

Эшелоны курсантов МВД встали перед нашими порядками. Генерал Нежинцев, командир этих эшелонов, ворвался с тремя офицерами к нам на вокзальчик.

- А ну давайте дорогу. Освободите путь. Вы что, не понимаете, что делаете. Завтра же вас превратят в котлету.

- Вы арестованы генерал, - сказал я, стоя от него несколько с боку.

Генерал резко повернулся ко мне, из кобуры он достал наган.

- Кто это сказал?

Раздался выстрел. Нежинцев перегнулся в талии и стоял шатаясь почти минуту, потом упал лицом вниз. Генерал Д. прятал свое оружие в кобуру.

- А вы как? - обратился я к оставшимся офицерам.

Они смотрели на своего лежащего начальника. Ближайший офицер вытащил пистолет и бросил его на сиденье сцепленных деревянных кресел. Остальные сделали тоже.

Эшелоны сдали оружие. Их повернули обратно.

Это была последняя кровь в июне 1953г.

Москва. Июль 1953г.

В Генштабе подводили итоги июня. Я сидел у маршала и слушал его последние указания.

- Подготовьте часть документов к уничтожению. Уничтожьте списки офицеров и даже те оперативные документы, в которых есть намек на то, что мы к чему-то готовились. О заговоре не должно быть ни слова. Все получилось, как скоротечная операция Генштаба.