- Но почему? Мы же победили?

- Нет. Мы не выиграли операцию. Этот спрут остался сидеть под боком. Нужно еще очень много времени, чтобы его уничтожить полностью. Он по прежнему, но уже осторожно, будет сосать кровь из граждан Союза. Я очень не хочу, чтоб у них даже зародилась мысль, что был заговор офицеров. Если она у кого-то из них все же возникнет, то следов найти никто не должен.

- Как тогда быть с нами, активными участниками этой операции? Мы же были у них на виду.

- Я считаю, это был хороший урок для МГБ. Думаю, они сделают выводы из этого июня. Армию теперь трогать опасно. Как только умер ОН, она как джин выскочила из бутылки и заиграла мускулами. Поэтому, они не будут пока трогать нас. А нам, уже в следующий переворот, надо знать какого настоящего лидера выбирать.

- Товарищ маршал, вы считаете, что будет еще переворот?

- Будет, а как же.

Подмосковье. Февраль 1995г.

Сын, Гоша и Миша слушали мою исповедь внимательно.

- Так что, вас действительно не трогали? Не было репрессий против ваших соратников.

- Как сказать. Вроде и не было. Но если кого-то убирали, то только на пенсию. . Меня не трогали, мало того, после июля 1953г. меня повысили и присвоили звание генерала. Началось хрущевское перемещение кадров. Вскоре падет Жуков, его, как в ссылку, отправили, командовать округом, Конев будет отослан руководить Варшавским пактом, а мой маршал М., отправиться на пенсию, уедет отдыхать на дачу.

- Александр Александрович, - спросил Гоша, - маршал М., прощаясь с вами, говорил, что будет еще переворот, в котором будет принимать участие армия. Его прогнозы оправдались?

- Да. Но это другая история.

- Значит был новый заговор в армии?

- Были, даже несколько, но в одном основные действующие лица остались старые. Это была обычная ответная акция. Как только ущемляются интересы армии, так появляется заговор.