- Я хочу сказать: мы не можем позволить втянуть нас теперь в войну в Европе только потому, что это угодно Рокфеллеру.

- Мы же не мешаем развязывать войну, где кому вздумается, так пусть и "другие" нам не мешают.

- Мало не мешать, Дин, - злясь, но не теряя выдержки, проговорил Гопкинс. - Необходимо действовать вместе. Понимаете: сообща... Честное слово, можно подумать, что вы даже в школе никогда не участвовали в драке заодно с другими.

- Я действительно предпочитал драться в одиночку.

- Ну, теперь другие времена. Этак многого не добьешься.

- Мы никогда не отказывались от разумных планов, готовы действовать сообща, - тоном примирения проговорил Ачес, но тут же поспешно прибавил: Если нас не пытаются оставить в дураках.

- Ну, Дин, с такими малыми, как вы, Рокфеллер, кажется, может не бояться, а?

Гопкинс, в волнении ходивший по кабинету, устало опустился в кресло.

- Поскольку речь идет не о какой-нибудь южноамериканской республичке, а о мире, Дин, о целом мире, то нельзя лезть в это дело очертя голову. Только овладев всем, вы сможете поделить между собою и все сокровища. Иначе рискуете остаться и без мира и без его сокровищ. Понимаете?

- Я-то все понимаю, но мне сдается, что не все понимаете вы, Гарри.

- Например?

- Вы не понимаете, что не выборы президента, а ситуация в Европе - вот главное на сегодня.

- В этом мы сходимся. Я только не соглашусь с тем, что одно не связано с другим. На чорта вам будет выгодная ситуация в Европе, над созданием которой мы столько потеем, если в Штатах не станет умного человека, способного ее использовать. А такой человек у нас один.

- Мы бросили бы свою гирю на его чашу, если бы были уверены...

Ачес, не договорив, вопросительно уставился на Гопкинса. Тот неохотно спросил:

- Вы хотите, чтобы я поговорил с ним?