Окна смотрели на восток. Кирби выглянул наружу. Солнце уже почти взошло. Дверь в большую гостиную была широко распахнута. Он поднял телефонную трубку, чтобы узнать точное время.

- Десять часов двенадцать минут прекрасного воскресного утра во Флориде, - бодро сказал женский голос.

Двадцать семь часов в постели, прикинул Кирби, и отправился разбираться со свертками. Белые трикотажные боксерские трусы, как раз его размер. Веревочные сандалии, удобные. Серые дакроновые брюки. Сидят отлично. Может быть, на полдюйма короче, чем он обычно носит. Одна рубашка спортивная с короткими рукавами и воротником на пуговицах. Подходящая и по размеру и по стилю. И какая расцветка! - узкие вертикальные полосы серого, бледно-голубого, кораллового и ярко-желтого, через одну разделенные черными полосами. Рубашка из легкого шелка. Кирби застегивал рубашку, когда раздался стук в дверь. Два официанта в форменных тужурках, вежливые и улыбающиеся, расторопно вкатили большую тележку. На сверкающей белизне скатерти вмиг появился роскошный завтрак. Официанты принесли с собой и воскресные газеты. Кирби едва себя сдерживал, стараясь скрыть от них, что голоден как волк.

- Обо всем уже позаботились, сэр. Спасибо, сэр. Если вам понадобиться еще что-нибудь, сэр...

Кирби отошел к окну. Хотелось, чтобы они ушли прежде, чем он начнет хватать еду голыми руками.

- Открыть шампанское, сэр?

- Что?!

- Шампанское, сэр.

- О, конечно! Шампанское! Замечательно! Нет, нет, оставьте все как есть.

До тех пор, пока на столе не осталось ничего, кроме второй чашки кофе, газетам пришлось ждать. Но даже после этого, взявшись за них, он никак не мог заставить себя сосредоточиться. Слишком много накопилось разных нераскрытых тайн, чтобы спокойно читать новости. Кирби повернулся в кресле и вынул шампанское из ведерка со льда. В руках оказалась элегантная бутылка каких он прежде не видел. Он принялся оборачивать ее в свежую салфетку и тут заметил два пустых бокала, красноречиво стоящих на подносе.