- А ты и без него уже получил писсуаром по роже.

Торгаш наливается яростью. Я чувствую, что может произойти драка, тем более Люська уже держит в руке блюдце с моей тумбочки.

- Вы что, так приветствуете мое новое лицо? Лучше успокойтесь. Люся, принеси мне кусочек зеркала. Я так его и не разглядел как следует.

Люська бросает блюдце и уходит.

- Вот, стерва, - выпускает пары торгаш.

- Сам виноват, не зачем было к ней лезть.

- Другие бабы, как бабы, а эта... Подумаешь, погладил раз.

- Еще раз погладишь, голову оторвет. Так и застрянешь в этой больнице.

- Ладно, замполит, давай лучше действительно тяпнем за твою новую физиономию.

Сосед залезает под койку и достает армянский коньяк.

- Ну как? Пьем?

- Увы, мне пока нельзя.

- Тогда выпью я. Уважаю тебя. Сильный ты мужик. За твое здоровье.

Елена Ивановна с испугом смотрит на меня.

- Ванечка, неужели это ты?

- Не нравиться?

- Нет, что ты. Но так непривычно. Нос, овал лица, все изменилось, даже цвет волос.

- Привыкай. Опухоль спадет, будет лучше. А где Катя?

- Она с одной женщиной. Чуть простудилась и я ее не решилась брать сюда.

- Может и правильно сделала, а то девочка испугалась бы.

Она все рассматривает мое лицо.

- Даже родинки исчезли. Нет, Катеньке понравилось бы. Врач сказал, что ты уже занимаешься гимнастикой.

- Да, я уже хожу. Хочешь поднимусь?

- Нет, нет не надо. Я верю. Неужели, будет все в порядке?

- Все.

Она обнимает меня за шею и я чувствую каплю слезинки на своем плече. В приоткрытую дверь за нами наблюдает Люська.

В коридоре много больных, кто сидит, кто медленно ходит вдоль стен. Быстрая фигура человека в белом халате с портфелем носится по коридору, выискивая кого-то. Я узнаю его, это следователь. Он проходит мимо меня.

- Вы не меня ищете?