Нашла чем хвастаться!

Но сегодня-то она встала, Таня не могла ошибиться — Саулешкин голос был звонким, веселым, она уже чай пила со своими дурацкими сливками…

Кошмар — снова осталась без работы!

Таня непроизвольно сжала кулаки: убить ее, что ли, эту кулему, чтоб не мучилась? А Китеныша усыновить, из нее, Тани, выйдет куда лучшая мамаша, чем из этой… гмм… глупой казашки.

Подумать только — опять уволили! Казалось бы, чего легче — работать в книжном магазине! В тепле, в красивом помещении, среди книг, вежливых спокойных людей, в самом центре города, всего-то две остановки от дома…

Таня сердито хмыкнула: какой смысл себе-то врать? Продавщица из Саулешки — пусть и в книжном магазине! — как из нее, Татьяны, балерина. Эта… гмм… казашка! — от покупателей только что не шарахалась. Еще с детьми или с женщинами кое-как общалась, а уж от мужчин трусливая Саулешка пряталась за стеллажами. И это вместо того, чтобы выполнять свои обязанности — консультировать.

«Нет, тетя Света в своем праве, она не миллионер — платить деньги просто за красивые глазки. — Таня оглянулась на магазин. — И Саулешка ей никто, подумаешь, дочь подруги за нее попросила…»

Таня в сердцах пнула пустую пивную банку и почти упала на скамью в сквере, нужно было обдумать, что делать дальше. Саулешку, понятно, она вечером убьет, но вот проблемы это не решит. К сожалению.

Нет, сам черт столкнул их в московском поезде!

Впрочем, любая палка о двух концах, иначе б она не знала Китеныша.

Таня мрачно улыбнулась, припоминая события почти семилетней давности. Она тогда в конце августа возвращалась домой. Навещала бабушку. В первый раз ездила одна, без родителей, поэтому чувствовала себя ужасно взрослой и самостоятельной: все-таки только что окончила школу, без труда поступила в местный университет, да еще на бюджетное место, есть чем гордиться.