Но в том-то и дело, что Макаревич боится впрок. На всякий случай. Ибо неоднократно убеждался, что Сурков, как за себя, за Путина не мстит. (Кстати, это именно Сурков организовал приезд президента Медведева в кафе к Макаревичу со товарищи.) А мог бы выпустить фильмец про Макара не хуже, чем про Пугачиху. Насолить с организацией концертов. Да мало ли… Но Макар-то персонально про Сурка ничего плохого не сказал. Так что пусть живет пока что…

Кстати, скажите на милость, а кто тянул Макаревича за язык насчет нежелания дергать струны на Васильевском спуске весной 2012 года в поддержку избрания Путина? Может, кто-то позвал туда Макаревича? Путин ему позвонил, сказал, что без поддержки «Машины времени» и президентство у него не заладится, и евразийский проект он провалит?

Кто?

Никто!

Желчь и отвращение к Путину потянули за язык Андрея Макаревича. Да еще смелость, что вякнул Макар не о Суркове, а всего лишь о Путине. (Кстати, Макаревич был в «правой» компании Пугачевой и Прохорова в момент их словесной пикировки с «кремлевским кукловодом», так что прекрасно знает, кто на деле портит в России так милый ему чистый либеральный воздух, но нет же — сам пукнул там, где безопасней — про Путина. Эх, кумир-кумир, едрена вошь!)

Да что там Макаревич — субтильная творческая душонка. Много раз, общаясь с политиками самых разных убеждений и должностей, я замечал, что если о Путине они могут говорить иной раз с разоблачительной пеной у рта, то, когда я спрашивал их о Суркове, эти либеральные смельчаки как-то потухали, тон их становился глух, а демократическая речевая активность опускалась до нуля.

Так однажды я заговорил о политическом кураторстве с лидером движения «Союз правых сил» Леонидом Гозманом — человеком, обязанным Владиславу Суркову политической жизнью. Гозман до этого в нашей беседе едва не сровнял Путина с землей. Но как только речь зашла о Суркове, попытался уйти от темы, мол, не желает ее комментировать.