Он замолк, увидев недоумение, даже легкое недоверие на моем лице, хохочет, широко открывая рот, полный белых зубов.
— Нет, конечно, можно варить больше, до двухсот литров, и государство не берет налога. Так что приходи в гости — пиво всегда будет, — и Герберт крепко пожал мне руку на прощанье своей широченной ладонью.
В каждом городе, где я бываю, меня, кроме архитектурных диковин, привлекает все окружающее: леса, парки, конечно реки и каналы, которые придают городу неповторимость. Когда изучаешь историю по книгам, то кажется, что это было давным-давно, а нынче все изменилось. Мы и в Петербурге-то плохо знаем, где течет река, а где канал. То, что в Париже до сих пор действуют и каналы, и шлюзы, вообще мало кого интересует. Зато все слышали, что по венецианским каналам плавают гондольеры в широкополых шляпах. А вот то, что в Берлине есть множество озер, рек, каналов, имеется своя Венеция, без которой облик немецкой столицы бледнеет, часто проходит мимо внимания гостей.
В прежние времена по берлинским рекам — Шпрее и ее рукавам ходили караваны судов и барж с грузами. Но постепенно значение этого судоходства терялось, зато на множестве озер и каналов на юго-востоке Берлина вырастала целая островная, береговая страна — Новая Венеция.
Чтобы попасть в это водяное царство, достаточно сесть на одной из многочисленных пристаней, разбросанных в разных районах города, на прогулочный комфортабельный пароходик «дампферу». Тут надо сообразить, где сесть и какой маршрут выбрать: можно и час плавать, а можно и все пять, чтобы наплаваться досыта, до полного укачивания. Я взял билет на самый длинный маршрут, начинающийся из района Кепеника, от Трептов-парка.