Изнутри доносились негромкие голоса. Сквозь щель можно было заглянуть внутрь шатра. Около костра сидело не больше пяти воинов: спиной к нам Овасес, рядом с ним Таноне - Сломанный Нож, брат Овасеса, и старый воин Гичи-вапе - Большое Крыло. Против нас - отец и колдун Горькая Ягода. Несколько других воинов находились вне освещенного круга.

Колдун был в шапке из волчьего меха с отшлифованными рогами бизона, качавшимися при каждом движении его головы. С шеи у него свисало ожерелье из медвежьих клыков, на плечи наброшена шкура черного медведя, украшенная перьями.

Меня охватил ужас. Я слышал, как у Прыгающей Совы защелкали от страха зубы. Танто придержал ему челюсть и погрозил кулаком. Сова прошептал мне в ухо:

- Откуда здесь взялся Горькая Ягода? Чьи глаза видели его у нас?

Действительно, откуда он мог взяться? Он уже около месяца жил в селении над озером. Мы не видели, ни когда он прибыл, ни когда входил в типи Овасеса. Мы дрожали от страха. Даже Танто дышал чаще, чем обычно. Я не мог оторвать глаз от Горькой Ягоды. Я был уверен, что он видит нас, и сейчас по его приказу духи мертвых покарают нас за дерзость. Я прижался к Сове, ожидая удара. Танто, видя, что с нами творится, оттолкнул нас назад.

Послышался голос отца:

- Слушайте меня, великие воины, пусть будут ваши уши широко открыты. Четыре Малых Солнца тому назад прибыл к нам белый человек с говорящей бумагой. Бумага приказывает нам покинуть нашу землю и идти жить в резервацию. Так хочет вождь белых Вап-нап-ао.

Дальнейших слов я не расслышал. Тем более, что Танто резким движением руки приказал нам опять отползти назад. Только несколько слов долетело до наших ушей, но мы не поняли их значения.

Танто остался около шатра и, наверное, знал все, о чем говорили воины. Меня охватывала все большая тревога, потому что я видел, как Танто несколько раз сжимал кулаки, а раз даже схватился за рукоятку ножа, висевшего у него на поясе. Снова послышался голос отца, повторившего несколько раз имя Вап-нап-ао. Потом раздались голоса Овасеса и Горькой Ягоды. Глуховатый Большое Крыло говорил громче других, и мы хорошо слышали его слова о том, что над селением нашего племени снова, как в дни его молодости, собираются черные тучи. Опять заговорил отец, но как раз тогда Танто приказал нам ползти прочь и сам пополз вслед за нами.