Высокий лес подходил здесь к самым берегам. Мы проплывали мимо протоптанных в густой траве и кустарнике тропинок к водопоям. В ночной тишине мы слышали иногда в прибрежных зарослях шум пробегающих животных.

Наши весла бесшумно погружались в воду, и поэтому нетрудно было различить совсем рядом лисьи шаги, немного более слышный и быстрый бег волка или тяжелый топот копыт лося. Сразу же за одним из поворотов мы натолкнулись на целое семейство "прачек" - маленьких смешных зверьков, которые каждый кусочек своей пищи тщательно полощут в воде, перед тем как съесть. Их всполошил наш громкий смех.

Мы плыли долго, старательно минуя водовороты и камни, торчавшие из воды, будто огромные грибы, покрытые мхом. Речка посветлела, звезды вышли из-за туч, северный ветер уже давно повернул на юг. До цели - Озера Белой Выдры - мы добрались, когда восточная сторона неба прояснилась, засветилась, как голубые глаза моей матери.

Когда взошло солнце, в воде заблестели искры, и их было больше, чем звезд на августовском небе. Мы ждали этой минуты, потому что восход солнца - это самое лучшее время для лова. Мы поплыли к песчаным мелям, где под ранним солнцем греются жирные большие щуки.

Вдруг Сова бросил весло и схватил лук. Я проследил за его взглядом: по берегу шла на водопой семья оленей. Впереди шагал большой, как прибрежная скала, рогатый бык, солнце зажгло белые огоньки на его рогах. Он шагал, топая копытами, не заботясь о шуме, который поднимал, гордый, как великий вождь. За ним шла лань, а рядом с ней семенил на дрожащих, худых, слабеньких ножках маленький олененок.

Я схватил Сову за руку и прошептал:

- Положи лук.