У высокой стойки, уставленной бутылками, толпился пестрый приискательский люд — старатели, геологи, инженеры, каюры, в меховых куртках с небрежно откинутыми капюшонами, в расшитых торбазах или в валенках с лихо отвернутыми голенищами; они щеголяли пушистыми рукавицами, бесценными в этой стране холода, где спиртовые термометры показывают минус шестьдесят градусов по Цельсию, и в замерзшем воздухе слышится шорох людского дыхания…

Бревенчатый холл только что выстроенной гостиницы у дороги, соединяющей Большой Невер с Алданом, напоминал в тридцатые годы знаменитые салуны Клондайка. Здесь можно было узнать последние новости и самые удивительные истории, которые дарует человеку зимний сибирский тракт — единственная ниточка, соединявшая в те годы Якутию с Сибирской железнодорожной магистралью.

В Якутии только что открывались сказочные богатства ее недр. Тракт приносил и уносил самых разных людей: с пылкими мечтами или разбитыми надеждами.

Я благополучно проскочил с грузом экспедиции «Чилькутский перевал» — станцию Большой Невер, где скапливались люди и грузы, образуя чудовищные пробки. На Алдане мне удалось собрать зимний караван для переброски грузов экспедиция дальше, в Якутск.

В голубом тумане звенели кружки, гудели голоса, сыпались острые, как перец, словечки — нестройный гомон разношерстной толпы. Пистолетов и стрельбы уже не было. Бурные двадцатые годы ушли в прошлое. Порядок в «Золотом Алдане» (так окрестили свой приют старожилы прииска) берегла юная алданская милиция.