Будут у нас сынок и дочка. Ивашка думает: "Дяденька Мудрила - он всех мудрее, а без меня ему Аннушки не найти. А найдёт, не узнает. Он её сроду не видал, как узнать? Не у одной Аннушки косы длинные, не у ней у одной рубаха домотканая, не ей одной пятнадцатый годок. Многие в плен взятые. Бабка-то сказывала: "Плачут девушки во всех концах земли". - Нет, - говорит Ивашка. - Спасибо тебе на твоей доброте, а я с дяденькой Мудрилой поеду. Без меня ему Аннушку не найти. - Да постой ты! - говорит тётка Любаша. - Ты ещё после болезни слабенький. Куда тебе ехать? Я печку истоплю, ты на лежанке прикорни. Молочка парного не хочешь ли? Я мигом корову подою, цельную кринку тебе принесу. Чего тебе хочется, ты только словечко вымолви, я всё исполню. У тётки Любаши слезы на глазах, Ивашке её жалко стало. Он говорит: - Ты не плачь. Смоленск-то - он не за горами. Найдём Аннушку, сюда воротимся. Тебе Аннушка понравится. Она и ткать, и прясть, и по дому помочь, и горшки сполоснуть, ни одного не поколотит, Тётка Любаша опять повеселела. Утром проводила их до околицы, платочком помахала, крикнула вслед: - Скорей возвращайтесь!

Глава четвёртая

ВОЛОК

Из всех мальчишек, кроме Ивашки, одного только писклявого Ярмошку взяли в Смоленск плыть. Он похвалился Ивашке: - Меня мой дядька, такой-сякой, тоже не хотел брать. Я к нему прилип, как банный лист, не стряхнёшь. Я ему цельный день на пятки наступал, канючил. Он меня шугает, а я не отстаю. Заморил его, в пот вогнал. Вот не вру, потины с носа капают, большие, с гусиное яйцо. Он и согласился: "Езжай, такой-сякой". - А мне не пришлось просить, - сказал Ивашка. - Меня дядя Мудрила сам взял. - Я же говорю, везёт тебе счастье, что ты Мудрилин. Счастливчик! - Да, счастливчик! - сказал Ивашка. - Много ты понимаешь! Может быть, несчастней меня на всём свете нет! - Врёшь! - пискнул Ярмошка. - С чего так? - А с того, что мою сестрицу Аннушку злодей украл и на коне прочь увёз. Мне бы надо схватить его за пояс сильной рукой, с коня сдёрнуть и ногой наподдать.