Денисов поспешил представиться.

- А-а! - беззвучно рассмеялся Дмитрий Иванович. - Кристинина я давно знаю, когда он еще следователем работал. - Коротко кольнув Денисова маленькими светлыми глазками, он стал переобуваться. - Здесь ни слова - по дороге поговорим. Я за молоком собрался. А ну, пострел! - это уже относилось к мальчику.

Дверь в кухню захлопнулась, - Пошли!

Морозный день резанул по глазам неожиданно ярким светом.

- Ух ты! - зажмурился Дмитрий Иванович. - Как сверкает! Я ведь сегодня еще не выходил на улицу! Вот так отпуск догуливаю!

Денисов в нескольких славах рассказал о своем деле.

Они шли гуськом по тропинке между похожими друг на Друга белыми многоэтажными домами - впереди Дмитрии Иванович, за ним Денисов. Дмитрию Ивановичу заметно льстил выбор Кристинина, он поминутно оборачивался, подробно расспрашивал Денисова о деталях:

- У нее, у потерпевшей, кроме чемодана, наверное, еще сумочка была? Так?

- Была. Там двести рублей лежало.

- А как она ее держала, не расспрашивали? Какой стороной?

- Запор был снаружи.

Дмитрий Иванович чертыхнулся:

- Так... Теперь скажи мне, когда-он чемодан взял, то как пошел от очереди - по ходу или назад вернулся? - Разговаривая, Дмитрий Иванович как то, странно жестикулировал двумя длинными, торчащими, как клешня, пальцами - указательным и средним. Денисов, смутно догадывавшийся о чем-то, никак не мог заставить себя не смотреть на них. - Не знаешь?

- Пассажиры говорили: назад никто не возвращался.

- Значит, с хода. Ну а когда из очереди она выходила с билетами, никто в это время к кассе не лез? Что-нибудь спросить или там деньги разменять? Ну, понимаешь?

- Этого не было.

Незаметно для себя Денисов и Дмитрий Иванович оказались в пустоватом холодном помещении нового магазина. Не переставая разговаривать, Дмитрий Иванович встал к кассе, потом подал продавщице бидон.