Принципы своей разработки я использовал в работе со своими пациентами и в занятиях с группами, которые вел на всей территории Соединенных Штатов. Многие отмечали существенные положительные сдвиги и в своем внутреннем состоянии, и в отношениях с окружающими, и в работе. Однако были и другие пациенты, которым, похоже, эти принципы не помогли. Такие случаи «резистентности» лечению я воспринимал очень болезненно. Я постоянно задавался вопросом: чем отличаются эти люди от тех, кому моя программа помогла? Может быть, некоторые готовы к переменам, а другие не готовы? А может быть, часть людей сопротивляется переменам по каким-то глубоко укоренившимся психологическим причинам? Может быть, программа подходила людям с определенным личностным складом?

Я искал ответа. Когда же он был найден, курс, который я сам задал себе в жизни, изменился.

В 1990 году я работал в психиатрическом госпитале в городе Фэйрфилд (штат Калифорния), который находится в 40 милях от Сан-Франциско. Там я занимал пост заведующего отделением «лечения пациентов с двойным диагнозом» — больных, страдающих одновременно зависимостью от тех или иных веществ и психиатрическими нарушениями. Кроме того, я лечил и других пациентов. Как-то раз я услышал лекцию доктора Джека Палди, нашего специалиста в области ядерной медицины, о методе получения изображений SPECT. Этот метод ядерной диагностики измеряет кровоток и уровень активности мозга. Д-р Палди продемонстрировал «функциональные» изображения мозга у людей, страдавших деменцией, депрессией, шизофренией, а также пациентов с травмами головы. Затем он сравнивал эти изображения с изображениями мозга нормальных людей. И тогда я задумался: может быть, именно мозг и является тем недостающим кусочком мозаики, который позволит разобраться в том, почему моя программа не помогла некоторым пациентам? Может быть, рассуждал я, они пытались, но их мозг попросту не мог «запустить» новые программы, которые я им предлагал, — почти так же, как компьютер оказывается не в состоянии запускать сложные программы, если ему не хватает оперативной памяти? На лекции д-ра Палди меня потрясли изображения одного и того же мозга до и после лечения. Лечение лекарственными препаратами на самом деле приводило к изменению функций мозга! Я захотел узнать об этом больше.