- Нет, ничего не слыхал, - ответил тот.

- Да-а, он стоял вот здесь как раз, где вы сейчас, - говорит он, - и чтобы заполнить таможенную декларацию, вынул свой бумажник и положил на стол рядом с собой, как сам потом рассказывал, но пока он тянулся через стол к чернильнице, чтобы обмакнуть перо, кто-то стащил его.

- Подумать только! - воскликнул слушатель. - А были в нем векселя?

- В том-то и дело, - говорит чиновник, - в нем был счет сэра Стивена Ивенса на триста фунтов и еще один вексель на имя ювелира, примерно на двенадцать фунтов, да это бы еще ничего, но там было два иностранных акцептованных векселя на крупную сумму, не знаю в точности какую, один французский вексель, кажется, на тысячу двести крон, и тот господин очень убивался из-за них.

- Но кто же мог украсть? - спрашивает его собеседник.

- Никто не знает, - говорит чиновник. - Правда, один из наших надзирателей говорит, что видел в зале двух жуликоватых подростков, вон вроде того. - Он указал на меня. - Они болтались тут, а потом вдруг исчезли, оба сразу.

- Ах, мошенники! И зачем? Что им делать с такими векселями? Они ими все равно не смогут воспользоваться; надеюсь, тот господин пошел и тут же сделал заявление, чтобы задержать выплату?

- Конечно, - сказал чиновник. - Но жулики оказались проворнее, они опередили его с векселем на меньшую сумму в двенадцать с чем-то фунтов и получили по нему деньги, остальная выплата, само собой, приостановлена, но потерять столько денег, потерпеть такой убыток, неслыханно!

- Что ж, тогда он должен объявить поощрительное вознаграждение тем, кто их прикарманил и теперь вернет их ему. Уверяю вас, они будут даже счастливы вернуть их.