Лейтенант в смятении забегал глазами. Ему стало так неудобно, что он совсем потерял дар речи. От полного фиаско его спасло то, что кто-то на плацу выкрикнул его имя.

- Извините, Патриция, - быстро проговорил он. -Я не то хотел сказать... То есть, это все в общем...

- Тут конкретный случай, мистер Уайт, - холодно сказала девушка. Ступайте же, вас зовут.

Лейтенант неуклюже поклонился и, не помня себя, выскочил наружу. Там его разыскивал дежурный сержант Берне из батальона "Б".

- Вас требует к себе командир форта, сэр, -подбежав к офицеру, обратился он.

Уайт постоял немного на месте, а потом медленно побрел в канцелярию.

"Что это на меня нашло? - размышлял он. -Чертова ревность!.. Ведь Патриция лишь сочувствует вождю. Напридумывал себе всякого вздора! Ох и олух. Теперь и не знаю, как подойти к ней...

Майор встретил его с ухмылкой на губах.

- Чем это ты расстроен, лейтенант? Никак вычитал что-нибудь душещипательное?

Уайт молча смотрел в сторону, еще переживая разговор с Патрицией.

- Ну, бог с тобой, книгочей, - сказал Трабл, махнув рукой. - Только не свихнулся бы из-за напечатанной глупости... Слушай меня внимательно... Мне надоели эти индейские всадники. Уж слишком нагло они стали себя вести. Ссади их с лошадей и загони табун на какое-нибудь пастбище поблизости. Пусть краснокожие мальчишки стерегут его там. И не дай бог я увижу, что кто-то из Мийача снова сядет на лошадь!.. Занимайся, лейтенант.

Уайт рассеянно отдал честь и, выйдя из канцелярии, направился к солдатским казармам.

Майор Трабл стал наблюдать из окна за построением эскадрона "А". Солдаты четко и слаженно заняли свои места. Выслушав лейтенанта Уайта, они развернули лошадей и выехали вслед за ним из форта.

День клонился к вечеру, а жара, казалось, становилась еще более нестерпимой. Отдаленные деревья и взгорки плавали в раскаленном мареве.