Когда он вошел к ней в комнату, она показалась ему самой красивой девушкой на свете. Сознание того, что Патриция может отдавать свои чувства другому, с одной стороны вызывало осуждение, с другой - делало ее еще более прекрасной.

- Мистер Уайт?! -проговорила она своим грудным, полным какой-то неизъяснимой привлекательности, голосом.

- Здравствуйте, Патриция, - хрипло произнес лейтенант. - Я пришел поговорить с вами.

И в ту же секунду он растерял даже те мысли, какие, казалось, никогда не изменят ему.

- В таком случае, присаживайтесь, - девушка указала на стул, а сама села напротив

Лейтенант присел и почувствовал, как в горле собирается ком. Он сглотнул, но так громко, что Патриция не могла не заметить этого.

- Вы чем-то взволнованы, мистер Уайт?

Уайт остервенело подбирал слова и в конце концов выдал:

- Мне не дают покоя индейцы, мисс.

Девушка устало закивала головой.

- Бедные Мийача... Их можно понять.

"Черт! - подумал лейтенант. - Куда меня понесло?".

- Вы не находите, мистер Уайт?

- Что?.. Ах, конечно, конечно.

- Вы пришли поделиться со мной какими-то мыслями, мистер Уайт?

- Я... э-э... хотел сказать, что пора бы майору Траблу выпустить вождя из тюрьмы.

Девушка громко усмехнулась и произнесла:

- Братец так не считает. Он сказал: что "Пусть Вихрь выпьет чашу унижения до дна".

Она с такой печалью отвела взгляд в сторону, что лейтенант встрепенулся и быстро пришел в себя. Ревность снова набросила на него узду.

"Бог мой! - сверкнуло в его голове. - Неужели так оно и есть?!".

Вся жалость и сострадание к индейцу улетучились из него в мгновение ока. Он раздраженно произнес:

- Краснокожим стоит иногда перенести унижение, мисс.

Патриция какое-то время продолжала смотреть в сторону, затем медленно перевела взгляд на Уайта.

- Что это вы, мистер Уайт?.. Таких слов я никак не ожидала от вас услышать. Я считала, что вы порядочный офицер и человек.