А.С. Да, вы правы, Сталин видел такую опасность и неоднократно предостерегал против нее. Он и от нас с Василием требовал, чтобы мы всерьез занимались образованием, расширяли свой кругозор. Помню, как приезжая на дачу, он давал нам четкие задания ознакомиться с конкретными периодами развития Древней Греции и Древнего Рима. Занятые своими ребячьими делами, мы не всегда успевали прочитать, что он рекомендовал, и это быстро выяснялось. Историю античного мира Сталин знал прекрасно и постоянно нас контролировал. Но не в форме ругани и угроз, а путем «мягких укоров» - что же это вы, ребята, обещали, а не выполнили. Он вообще уважительно относился к людям, ценил даже в самом рядовом человеке личность, как бы приподнимал его. И это действовало лучше всяких разносов. Мы с Василием, по крайней мере, старались больше его не подводить. Так он вызывал у нас тягу к знаниям, к постоянной работе над собой.

В.Л. Прививать вкус к теоретической работе, к расширению знаний Сталин стремился и своим соратникам. Но встречал здесь немалое сопротивление. Микоян и даже Молотов, наиболее близкий Сталину член тогдашнего руководства, с раздражением вспоминают, как вождь буквально заставлял их выражать свою позицию по теоретическим проблемам, поставленным в его работах. Хрущев, всегда державший нос по ветру, отважился даже выступить в партийной печати с идеей создания так называемых «агрогородов». Но после того, как она была раскритикована Сталиным, признал ошибочность своей позиции. На словах, конечно же. Впоследствии Хрущев пытался реализовать свое теоретическое «открытие», приступив в спешном и массовом порядке к ликвидации так называемых «неперспективных» деревень, что нанесло немалый ущерб развитию сельского хозяйства.