Таким образом, на стыке конкретного политического запроса и стратегического государственного интереса формировалась новая молодежная политика. После определенного мониторинга было выбрано несколько молодежных инициатив, которые имели шанс трансформироваться в массовые молодежные движения патриотического, государственнического толка. Так появились движения «кремлевского пула», которые должны были аккумулировать энергию молодых и предоставить молодым людям в разных регионах альтернативу молодежкам внесистемной оппозиции, предотвратить возможность молодежной «оранжевой революции» и обеспечить государству превосходство в так называемой уличной политике.

Однако, на мой взгляд, гораздо важнее была другая сторона процесса – формирование действительно массовых, и главное устойчивых, молодежных движений, способных наладить процедуру преемственности и тем самым выполнить те функции, которые в советское время выполняли пионерия и комсомол в качестве не идеологических проектов, а молодежных объединений государственнического толка.

Мы подходим к одной из главных проблем, которые касаются как самих молодежных организаций в качестве кадрового резерва «Единой России», так и будущего российской общественности в целом.

Мне кажется, что в российской молодежной политике присутствует один изъян, который хотя и был предопределен реальной политической повесткой, если не будет исправлен, приведет к системному кризису этой политики. И в данном вопросе нельзя полагаться на частную инициативу. Эта проблема должна быть осознана как государственная и решаться при помощи соответствующих ресурсов.

О чем идет речь? Вроде бы у нас есть национальные проекты, так или иначе относящиеся к молодежи: образование, здравоохранение, сбережение нации и др. Однако чего у нас нет, так это продуманной и сколько-нибудь действенной системы воспитания подрастающего поколения.