— Да мне что? С утра поздравления принимаю.

— Ты вообще — смелая девчонка.

Хоть и очень красивая… — Гоша покраснел. Наверное, он такие слова никому еще не говорил. — Свет… А у тебя… Был кто-нибудь?

Я чуть со стула не сползла.

— Го-ша!…

— Извини… Я имел в виду — сейчас… есть?

Мне почти физически захотелось оказаться в Петровке у Бориса. При этом почему-то было жаль маленького Георгия Федоровича Астафьева. Я решила поменять тему:

— Что будешь делать?

— Да мне сейчас главное — выследить и взять Купца, — грустно сказал Гоша.

— Кто это?

— Крупный наркодилер. Я давно отслеживаю каналы поступления наркотиков в Питер. После того, как возьмут Лялю — а ее должны арестовать с минуты на минуту, — Купец должен забеспокоиться: ведь Ляля — один из его основных сбытчиков. Но мне трудно за ним уследить: у него два лежбища — в Питере и за городом.

— «Лежбища» — это где ночует?

— И где хранит наркоту.

— Так что же вы у него обыск не проведете?

— Кто ж даст на это санкцию? На Купца — ни одной бумаги, все — со слов, все — полушепотом.

— Что же ты собираешься делать?

— Я подозреваю, что после «дела с Лялей», Купец захочет поменять склады. Я даже знаю, где они будут. И ему понадобится перевезти партии наркоты.

Я все продумал и знаю, как его взять с «товаром»… Но я не могу открыться ни одному из коллег… Я не уверен, что они не повязаны с Купцом. У меня в помощь лишь один приятель.

— …Ладно, — нехотя согласилась я. — Я тебе помогу. Что надо делать?

Гоша назвал городской адрес для слежки, дал инструкции — как действовать и по какому телефону звонить, если увижу в определенное время джип с нужным номером.

Я отправилась на метро, а Гоша сел на троллейбус, идущий к Финляндскому.

Вот вечно я вляпаюсь. Вместо того, чтобы быть уже у Бориса, торчи теперь два часа на Греческом, карауль какой-то джип.