Ляля— черная? Да быть этого не может!

Я, ломая каблуки, качусь вниз по лестнице и выскакиваю на Офицерский. Никого. Тихая, пустая улочка.

Чуть не угодив под колеса, торможу какого-то частника и мчусь в Агентство.

Обнорский — в Киеве, Повзло читает лекции на журфаке, Соболин — на пресс-конференции в ГУВД. А меня сейчас просто разорвет на части от мыслей и подозрений.

— Светлана, к вам!

Охранник пропустил в кабинет незнакомого парня с букетом белых лилий.

— Завгородняя Светлана Аристарховна?

— Да.

— Наконец-то я вас нашел! У меня ведь был только ваш домашний адрес. К счастью, ваша родительница дала рабочий. Мы ведь подарки должны вручать лично в руки. Я — курьер из фирмы «Праздник». У нас все четко по инструкции. Распишитесь в получении.

Пока я подписывала бумажку и предъявляла паспорт, в кабинет вошла Агеева.

— Ой, лилии! Света, их надо немедленно куда-нибудь отнести. В другой кабинет. Можно в наш. Ты не знаешь, как от запаха лилий может болеть голова. А ты еще слаба после болезни.

Я сняла цветную упаковку на маленькой бархатной коробочке. Внутри, на зеленом атласе, лежала золотая подвеска: желтый кленовый листик с капелькой росы — сверкающим бриллиантом.

Агеева, глядя из-за плеча, схватилась за сердце:

— Света! Кто — он?

Наверное, я слишком пристально смотрела на этот лист клена. Не знаю почему, но я чувствовала, что случилось что-то непоправимое.

Я молча разорвала конверт, из которого выпал тонкий листок бумаги.

«Спасибо, моя красавица, ты очень помогла. Я должен срочно уехать. Увидимся не скоро. Скучаю. Буду всегда помнить. Борис Купцов».

Мне показалось, что я смотрю какой-то сюрреалистический фильм.

Вот я — с конвертом, на котором официальный обратный адрес: д. Петровка, ул. Кленовая, д. 38.