Но оказалось, что пропасти между нами нет. А сейчас мы с ним вместе по заданию руководства свидетеля одного очень важного ищем. Вот Зудинцев и проявил участие, по моему тону догадавшись, что звонок не из приятных. Но я отказался от его помощи, рассудив, что и сам справлюсь. Тем более что у Зудинцева через три часа самолет в Болгарию. Якобы тот самый свидетель в этой стране спрятался, на берегу теплого моря. Везет ему, на курорт едет!

Ровно через час я сидел в кафе на набережной канала Грибоедова, дожидаясь Брюкву. Как всегда, он не был пунктуальным и опоздал на десять минут. Появился в сопровождении двух быков мерзкого вида. Они сели за соседний столик, а он подсел за мой. Руки он мне не протянул, справедливо опасаясь, что я ему не отвечу, и он окажется перед своим эскортом в глупом положении.

— Извини, пробки крутом, еле проехали, — сказал он. "

— У тебя всегда пробки, особенно в голове, — ответил я. — Говори, зачем позвал?

— А ты не догадываешься? Деньги, Шах, деньги. Помнишь нашу последнюю «делюгу»?

— Ну и что?

— Как это — ну и что? Деньги вернуть надо. Там же полтинник баксов был. Десять «девяток» купить можно было.

— Ну и возвращай! Я тут при чем? — удивился я. — Человек исчез, и думаю, что его уже давно на земле нет.

А тех, кто за ним стоял, ни мне, ни тебе не достать. Все, я пошел, мне некогда.

Я встал и хотел уже направиться к выходу, но он меня остановил:

— Подожди, ты меня не понял. Я не собираюсь никого искать, я уже нашел человека, который взял наши деньги. Ты не хочешь меня спросить, кто он?

— Ну и кто?

— Ты.

— Не понял! Думай башкой, что говоришь, Брюква!

— А я думаю. Много думаю. Ты хитро тогда сделал. Даже «мере» свой взорвал, чтобы все очень правдоподобно было! Только в одном ты просчитался. И знаешь, в чем?

Он смотрел мне прямо в глаза и предъявлял очень серьезные обвинения.

В том мире, в котором жил он, так просто подобными словами не бросаются.