Вакеро, устремив глаза на молодого человека, старались по выражению лица угадать его тайные мысли. Но холодное и словно каменное лицо дона Торрибио не выражало никаких чувств.

Наконец, бросив вокруг себя настороженный взгляд, скорее по привычке нежели из опасения быть услышанным, дон Торрибио раскурил сигару и заговорил нарочито небрежным тоном:

- Любезный Верадо, мне очень жаль, что вы оторвали этих благородных кабальеро от их дел и сами поторопились отправиться в то место, которое я вам назначил.

- Почему же? - спросил Верадо, крайне удивленный таким вступлением.

- По самой простой причине, сеньор. Повод, который побуждал меня к встрече с вами, больше не существует.

- Да ну! - вытаращили глаза разбойники. - Возможно ли это?

- Да! - ответил он небрежно. - Я пришел к выводу, что дон Фернандо Карриль очаровательный кабальеро, которому мне не хотелось бы доставлять ни малейшего неудовольствия.

- Черт побери! Вовсе не такой уж очаровательный, - заметил Верадо. Он велел Карлочо убить меня.

- Не мне, милый друг, - любезно сказал Карлочо, - а дону Пабло, который здесь присутствует, сеньор Фернандо отдал это приказание.

- Да, да, я ошибся, извините, сеньор. После этого обмена любезностями оба разбойника замолчали.

- Честный человек должен дорожить своим словом, - заметил Тонильо, - и если дон Торрибио передумал, мы не можем иметь ничего против, - добавил он, тяжело вздохнув. - Это заставило меня вспомнить, что я должен возвратить вам двести пиастров, которые вы мне дали за...

- Оставьте у себя эту безделицу, любезный сеньор, прошу вас, - перебил его дон Торрибио. - Этой ничтожной сумме нет лучшего места, чем ваш карман.

Вакеро, вынувший было деньги с явным сожалением, с радостью снова спрятал их в карман.

- Все равно я все еще ваш должник, сеньоры, - сказал он. - Я человек честный, и вы можете положиться на меня.