Хозяйка — Людмила Петровна — оказалась женщиной немолодой и очень интеллигентной. В том смысле, что напоила меня кофе и рассказала обо всем, что видела через дверной глазок.

Итак, милиция, по словам моей информаторши, приехала около восьми вечера. Дверь, видимо, была открыта, потому что ее никто не ломал.

Убитая — то есть Инга — была, утверждала Людмила Петровна, девушкой очень милой. На работу, правда, она не ходила. А гости ее посещали часто. В основном мужчины. Еще за ней несколько раз заезжал немолодой уже человек на «мерседесе».

Я записал описания троих запомнившихся хозяйке гостей Инги. Она мне посоветовала еще поговорить с Дорой Федоровной с первого этажа — эта старушка должна была знать многое.

Но самое удивительное, что Людмилу Петровну, как, впрочем, и Дору Федоровну и остальных жильцов этого дома, никто до меня не опрашивал.

«Во менты зажрались, — подумал я. — Уже поквартирный обход ленятся делать!»

* * *

Побеседовав с Дорой Федоровной и еще семью обитателями дома на Московском, я исчирикал полблокнота описаниями каких-то людей, машин и версиями убийства.

Большинство соседей считали, что Ингу убил из ревности кто-то из ее многочисленных мужчин. Вопрос — кто?

12

Володе Соболину кое-что по этому делу все-таки удалось выяснить. Убийство произошло предположительно около пятнадцати часов. Орудие преступления — нож. Об убийстве стало известно благодаря анонимному звонку. Неизвестный (Соболину даже не удалось узнать, мужчина это или женщина) позвонил почему-то в РУБОП. Рубоповцы первыми и приехали на место происшествия. Территориалы в квартиру вообще не заходили.

В общем, информации было на грош. Акта экспертизы Соболину посмотреть не удалось. Бросил ли преступник нож или унес с собой — неизвестно. Украдено ли , что-нибудь из квартиры — неясно.

У меня появилось ощущение, что кто-то пытается спустить это убийство на тормозах. Непонятно только кто — майор Лишенко вроде бы не такая уж важная птица.