Фолкнер, с видом человека, не способного очнуться от продолжительного кошмара, в котором он является лишь беспомощным статистом, сунул бумагу в боковой карман, молча повернулся и прошел к своему столу.

Мейсон проводил его задумчивым взглядом.

Над столиком склонился официант. Мейсон ободряюще улыбнулся своей секретарше Делле Стрит. Потом повернулся к Полу Дрейку, частному детективу, присоединившемуся к ним всего несколько минут назад.

- Пол, поужинаешь с нами?

- Большой чашки кофе и ломтика пирога с мясом будет вполне достаточно.

Мейсон сообщил заказ официанту.

- Что можешь сказать о девушке? - обратился он к Делле Стрит, когда официант ушел.

- Ты имеешь в виду спутницу Фолкнера?

- Да.

- Если он решил завести с ней интрижку, его вызовут в Суд совсем по другому делу, - рассмеялась Делла.

Дрейк наклонился и выглянул из кабинки.

- Я должен сам посмотреть на нее, - заявил детектив и через несколько минут добавил: - Ого! Девочка - пальчики оближешь!

Мейсон задумчиво изучал пару.

- Достаточно вульгарна, - заметил он.

- А как выглядит, - продолжал Дрейк. - Обтягивающее платье, длинные, длинные ресницы, красные ногти. Он забыл о повестках в кармане, как только заглянул в эти глаза. Готов поспорить, он не станет их читать, пока... Перри, кажется, он возвращается к нам.

Мужчина резко отодвинулся от стола, встал и, не сказав ни слова своей спутнице, решительной походкой прошагал к столику Мейсона.

- Мистер Мейсон, - произнес он неспешно и отчетливо, как человек, привыкший отстаивать свою точку зрения, - мне казалось, что у вас сложилось полностью ошибочное мнение относительно дела, по поводу которого я хотел с вами поговорить. Я полагаю, что при первом же упоминании рыбок, вы посчитали дело незначительным. Это не так. Рыбки, о которых идет речь, являются превосходными экземплярами вуалехвостого мавританского телескопа. Дело также касается нечестного партнера, секретного лекарства от болезни жабр и вымогательницы.