Современникам поначалу казалось, что Колумб и Веспуччи видели разные материки. Адмирал — ведь он и сам утверждал это — разыскал тропические острова и полуострова Восточной Азии, то есть Старого, известного Света. Что касается флорентинца, то, судя по его письмам, тот открыл или участвовал в открытии четвертой части света — Нового Света, нового материка, простирающегося, подобно Африке, по обе стороны экватора.

На карте мира Георга Рейса, выполненной в 1508 году, так оно примерно и изображено: Эспаньола к другие острова, рядом большая твердь, тоже остров, а южнее — довольно неопределенных очертаний крупный материк: Земля Святого Креста, или Новый Свет. Он круто обрывается примерно на уровне мыса Доброй Надежды. Дабы было понятно, что открытия здесь еще не завершены, Рейс сделал надпись: «Португальские моряки видели часть этой земли, но еще не дошли до ее южного края».

Годом раньше молодой ученый из города Сен-Дье в Лотарингии Мартин Вальдземюллер в своей книге «Введение в космографию», упомянув о том, что к известным ранее трем частям света — Европе, Азии и Африке — теперь следует добавить и вновь открытую Америго Веспуччи четвертую часть, написал: «…И я не вижу почему, кто и по какому праву мог бы запретить назвать эту часть света страной Америго или Америкой».

В книге были приложены два письма Веспуччи в латинском переводе. Переведены и опубликованы они были без ведома Веспуччи.

Много лет спустя, уже в XIX веке, знаменитый ученый, один из самых выдающихся исследователей Южной Америки, Александр Гумбольдт скажет: «Что касается имени великого континента, общепризнанного и освященного употреблением в течение многих веков, то оно представляет собой памятник человеческой несправедливости. Вполне естественно, в конце концов, приписать причину такой несправедливости тому, кто казался в этом наиболее заинтересованным. Но изучением документов доказано, что ни один определенный факт не подтверждает этого предположения. Название «Америка» появилось в отдаленной (от Испании) стране благодаря стечению обстоятельств, которые устраняют всякое подозрение против Америго Веспуччи… Стечение счастливых обстоятельств дало ему славу, и эта слава в течение трех веков ложилась тяжким грузом на его память…»