«Интересно, что она скажет мне сегодня», — думала я, раскладывая на компьютере пасьянс.

— Валюша, ты уже здесь — раздался щебечущий голос Агеевой. — Вот умница.

А я боялась, что ты опоздаешь.

Марина Борисовна была только что из парикмахерской. Новая стрижка молодила ее красивое породистое лицо, а глаза сияли озорным блеском.

— Обнорский меня не искал? — спросила она.

— Нет, — ответила я. — И никто не искал.

Марина никак не отреагировала на это мое «никто» и отправилась к выпускающим за сводкой.

Ежедневная сводка «Золотой пули» заносилась в электронную базу данных. Это была только часть нашей работы. Другая состояла из бесконечных поисков, просмотра газет, составления аналитических справок, мониторингов и досье. Сводка, которую нам предстояло заносить сегодня, удручала количеством информации.

Я горестно вздохнула, и мы с Агеевой уселись за компьютер. Рабочий день начался.

Марина Борисовна привычно диктовала: «Героин. Лифты. Убийства. ОПГ. Новорожденные. Трупы. Расчлененные трупы». Со стороны это выглядело сплошным бредом. Но для нас это была привычная терминология для обозначения рубрик, по которым проводился поиск по сводкам.

Гудел ксерокс, репортеры забегали за справками — творилась привычная ежедневная суета. Не успели мы покончить со сводкой, как с кипой заявок, оформленных по всем правилам штабной культуры, явился Спозаранник. Как обычно, ему требовалось, чтобы мы отбросили другие дела и срочно занялись поиском одному ему ведомой информации.

— Глеб, тебе приходилось когда-нибудь вручную смотреть газету за год? — спросила я.

Спозаранник поправил очки и ответил, что это не входит в его функциональные обязанности.

* * * 

Скрипка заглянул к нам только после часа дня.

— Здрасьте! — по обыкновению произнес он. — Обедать пойдете?