Он выжидательно смотрел на Октая, и тот понял его.

- Ладно, Миша, схожу. У тебя есть белый платок?

- А если стрелять будут? - нерешительно сказал Звонарев, спохватившись.

- Не будут. Я им все объясню! - заверил Октай. - Ты за меня не бойся, Миша.

Удивительно, как его мысли совпали с мыслями товарища. Просто удивительно!

- Хорошо, - согласился ефрейтор. - Иди. Скажи им, чтобы сложили оружие и отошли на двадцать шагов. На размышление пять минут. Скажи, что мы тоже люди.

Он вынул из кармана носовой платок и протянул Октаю.

- Автомат оставь. Не положено парламентеру.

Октай положил автомат рядом с ефрейтором.

- И второй магазин оставь.

Октай отстегнул второй магазин с патронами и положил рядом с автоматом.

- А теперь иди.

Октай помахал над головой платком, поднялся и сделал один шаг, второй, третий...

- Будь осторожен, Октай! - крикнул ему вдогонку Звонарев.

Еще минута - и он бы не разрешил Октаю идти с белым флагом и нашел бы для этого кучу причин. Но Октай уже был далеко.

Он шел твердым, уверенным шагом. Жесткие стебли сухой травы хлестали по голенищам сапог, по длинным полам плаща.

Трое ждали. Они смотрели на Октая с любопытством и удивлением. В одном из них он узнал лейтенанта Хасана Ризэ, хотя тот и был переодет в солдатскую форму.

Остановившись в десяти шагах, Октай опустил руку с платком.

- Вы нарушили государственную границу Союза Советских Социалистических Республик, - сказал он по-азербайджански и перевел дух: фраза получилась слишком длинной.

- Ха! - усмехнулся Хасан Ризэ. - А мы и не знали...

Двое других молчали.

Октай пропустил мимо ушей слова лейтенанта.

- Во избежание излишнего кровопролития, - серьезно продолжал он, - мы предлагаем вам сдаться.

- Да? - снова усмехнулся Хасан Ризэ. - А мы думали, что вы приглашаете нас на чашку щербета...