Глава шведской делегации барон Бенгкт Хорн заявил, что он на подписание статьи 20 в таком виде согласия не давал. Разразился скандал. Риксрод решил отказаться от выполнения всех условий Кардисского мира целиком, требуя срочного его пересмотра. Чтобы заставить русскую сторону пойти на это, шведские межевые послы, приехавшие в июле 1663 г. для демаркации границы, отказались ее проводить и, разорвав отношения со своими русскими коллегами, уехали 23 декабря 1663 г. в Стокгольм.

Постепенно обе стороны успокоились. Вспомнили, что состав дипломатических миссий за долгое время переговоров менялся неоднократно, что переговоры велись в разных географических точках, что, наконец, сам факт ратификации договора со шведской стороны большой представительной коллегией как бы спровоцировал снижение контроля и ответственности каждого из ратификаторов, которые фактически передоверили всю черновую работу по подготовке текста договора и его перевода клеркам. Русские послы представили свои статейные списки переговоров, то есть свои черновики записи хода переговоров, в которых отражалось мнение противной стороны и из которых было совершенно ясно, что шведы сами подписали и согласились с тем, что православные шведские солдаты должны остаться в России.

Все это вместе взятое побудило шведских государственных деятелей и дипломатов приняться за более серьезное изучение проблемы пленных шведов в России и с этой целью просить царя о разрешении ознакомиться с положением пленных шведов на месте. В конце–концов стороны договорились: вопрос о репатриации шведских пленных из России был решен практически, путем создания в Москве постоянной военной миссии — своего рода военного атташата во главе с военным комиссаром, полковником Адольфом Эвершёльдом (также именуется в русских дипломатических актах и статейных списках Эбершильдом

Шведская военная миссия работала в Москве с 10 апреля 1663 г.