«Кто найдет достойную жену? Цена ее много выше жемчугов, уверено в ней сердце мужа ее. Добывает она шерсть и лен и с охотой занимается рукоделием. Она, подобно кораблям торговым, издалека приносит свой хлеб. Поднимается она затемно, подает еду домашним своим и дает задания служанкам. Препоясывается она силой, и руки ее крепки. Подает она бедному, руку протягивает нищему. Не боятся стужи ее домочадцы, ибо все они одеты в одежды из червленой шерсти. Она сама ткет полотна и одевается в лен и багряницу. Известен муж ее, заседающий со старейшинами близ городских ворот… Облачается она могуществом и великолепием, с улыбкой она смотрит в завтрашний день. Открывает она уста свои, чтобы произнести мудрые речи, и поучение о доброте на устах ее. Встают ее сыновья, чтобы превознести ее, муж — чтобы вознести ей хвалу: "Много достойных женщин, но ты превзошла их всех! Обманчива прелесть и тщетна красота — женщина, боящаяся Бога, да будет она прославлена! Восхвалите деяния ее рук, прославьте ее во всем городе!"»
1. Узница
1991 год, начало массовой репатриации. Курсы иврита для новоприбывших в Иерусалиме. Читаем «эшет хайль» в русском переводе, доходим до того места, где говорится: «Известен муж ее в городских воротах, где сидит он…» — и вдруг одна молодая женщина, обычно тихая и замкнутая, взрывается:
— Во-во! Она, значит, дома вкалывает, как проклятая, всё на ней — и готовит, и ткет, и шьет, крутится, как белка в колесе, или по очередям бегает — «издалека приносит свой хлеб», и всё в дом, всё в дом — а муж себе прохлаждается у городских ворот в компании таких же бездельников! Она дома, а он у ворот — вот чего они от нас хотят! Не дождутся!
В этом отклике отразились примечательные парадигмы русской и западной культуры.