Традиционное мнение о половцах как о «тюркских племенах» неверно, поскольку половцы — отнюдь не племя в этническом смысле, а идолопоклонников хватало и среди «тюркских», и среди «германских», и среди «славянских» племен. Упоминаемые в летописях имена половецких ханов, например Отрок, Гзак (т. е. Казак) или Кончак — вполне славянские, а прозвище дочери Кончака, жены Всеволода (брата князя Игоря) — Кончаковна — типичная мазовецкая фамилия замужней женщины. В летописях упоминается и «татарский царевич» Мазовша, т. е. царевич из Мазовии (область нынешней Польши).
Вот такие средневековые, неизвестно куда сгинувшие, «половцы». И как тут не вспомнить храброго Мстислава из «Слова о Полку Игореве», зарезавшем «половца» с русским именем Редедя перед «полками Касожскими», т. е. адыгейскими, т. е. черкесскими, т. е. казацкими.
Что же касается средневековых русских, то «русскими» (русью) назывались все земледельцы (они же крестьяне = христиане), скотоводы, ремесленники, монахи-старцы и конное (казачье) войско, живущее за городской чертой, а нынешнее слово «россиянин», не несущее националистического смысла — синоним старого значения слова «русский».
Богатые средневековые города нанимали охрану от руси, причем желательно из другого региона, без родственных связей с русью, т. е. негородским населением: варягов (которых сельские, т. е. русь, естественно, называли врагами), янычар = юнкеров, ляхов, хазар = гусар (т. е. венгров, т. е. немцев) и т. п. Этот обычай кое-где существует и по сей день, например, чечены — вайнахи, т. е. бывшая гвардия верховного правителя Ванаха (т. е. Иоанна), ныне по-гвардейски служат королю Иордании, как и их предки в XV в. — Ивану III.