Но столь же очевидно, что катастрофа эта, вполне сопоставимая по своим масштабам с “космической”, вовсе не природного, но “социального”, т.е. рукотворного, происхождения, а значит имеет своих вполне конкретных инициаторов. Это был — вполне предсказуемый! — результат столь же амбициозных, сколь и бестолковых усилий власть предержащих экономистов вырваться из индустриального социалистического “застоя” с помощью чего-то вроде маоцзедуновского “большого скачка” (но по исконно российскому способу “вышибания” клина — клином: одного кризиса — другим, еще более обширным).

Вот и вырвались... Но не только из кризисного цикла, а из всякого циклически-волнового процесса (с его имманентной тенденцией к восстановлению нарушенного равновесия) вообще. Следствием этого — напоминаем: искусственно вызванного, спровоцированного — катаклизма, сразу же получившего в народе вполне адекватное название “прихватизации” (“черного передела” общенародной собственности “дем”-бюрократами, располагавшими властью, легко обмениваемой на деньги, с одной стороны, и “социально близкими” этим властям “добытчиками” денег, легко “ссужаемых” им той же властью, разумеется, за счет “государственной казны”, с другой), и стало упомянутое перерождение кризисного цикла в тотальный развал. Развал, в ходе которого “понижательная” тенденция хозяйственного цикла с неизбежностью (вот она неотвратимость) оборачивается общей социально-экономической деградацией, т.е. общественным регрессом в точном смысле слова. Это и был “большой скачок” России в “иное измерение”: не просто от циклически-волнового типа изменений к эволюционному, но к тому же от прогрессивной эволюции вообще (в которую органически вписывался и нормальный циклически-волновой процесс вместе с его периодическими кризисами) — к однозначно регрессивному движению. Эволюции вспять, к архаическим способам хозяйствования, доминировавшим в глубокой древности, а впоследствии оттесненным на периферию капитализмом новоевропейского типа.