Константин в своих обмотках нелепо крутится перед пирамидой, ему еще не выделили оружие. Это замечает Максимов.

- Черненко, с пулеметом Максим умеете обращаться?

- Я то? Умею.

- Тогда идите к завхозу и примите у него пулемет. Возьмите с собой Рябова, пусть будет у вас вторым номером.

Неуклюжая фигура потопала искать Рябова и завхоза.

Максимов вызывает по три человека. Они идут на лежанки, выдавленные в песке и стреляют по трем мишеням, в виде соломенных чучел, метрах в триста от них. Остальные кучкой сидят сзади и зубоскалят над каждым мазилой.

- Шайдуренко, ты бы сначала на бабах потренировался что ли, - замечает Сенька по кличке Кривой, за рубец оставленный шашкой белоказака под правым глазом.

Все ребята гогочут

- Это почему же? - осторожно спрашивает украинец, лежа на рубеже.

- Сам понимать должон. Когда у тебя любовь будет, а ты все будешь попадать не туды...

Опять смех.

- Каждый боец... это... попадать в цель обязан, - вдруг раздался голос Кости Черненко. - Мы должны гниду... всю под корень... Кто... это... не умеет стрелять... тот помогает жить капиталу.

Смех мгновенно прекратился.

- Ну-ка ты, умник, - обращается к нему Максимов, - давай на рубеж. Шайдуренко, освободи место.

Костя и Ваня выкатывают перед лежанками пулемет Максим. Черненко спокойно ложиться на песок, устраивается поудобней и... длинная очередь буквально разносит головы трех кукол. Мы ошеломлены.

- Во дает, - восхищается Максимов, - теперь неделю надо новые цели стряпать. Вот так надо стрелять товарищи.

В это время грохнул сигнальный выстрел с вышки перед погранзаставой.

- Что там еще? - насторожился Максимов. - Всем быстро на заставу. Занять места по сигналу тревоги.

Мы бежим к нашим домикам и лезем в заранее приготовленные окопы вокруг заставы.

С нашей стороны пыльное облако, которое быстро ветром относится в сторону. Невооруженным взглядом видно, что к заставе спокойно перемещается колонна всадников. Впереди две брички.