Сначала Белогуров был просто ослеплен этим неожиданным великолепием, но потом, осмотревшись, увидел среди цветочных рядов дорогу, невдали от дороги сверкали на солнце в руках нескольких женщин кривые ножи, похожие на серпы, - может быть, это и были серпы, проворно срезающие султаны цветов, а на дороге стояла подвода с запряженной в нее гнедою лошадкой, и кто-то в линялой розовой рубахе, в кепке, надвинутой на самые глаза от яркого солнца, уминал руками в подводе срезанные цветы.
- Что это? - спросил Белогуров.
- Лаванда, - несколько торжественно ответил Володька, сорвал с ближайшего куста две-три лиловых кисти на тонких цветоножках, поднял их насколько мог выше перед Белогуровым:
- На, понюхай, как пахнет!
- Да-а, вот штука! Посмотри-ка, брат, какая история: цветочки совсем мелкие, а запах сильный! - передал цветки Кудахтину Белогуров.
Кудахтин потер цветки пальцами, понюхал, пожал плечами и спросил Володьку:
- В какое же все-таки место их отправляют, эти цветы? В город, что ли?
- На завод к нам, - быстренько ответила за брата девочка, а мальчик только качнул насмешливо бедовой головенкой, добавив:
- Вот не знают! Масло из них делают, из цветов!
Белогуров толкнул Кудахтина в бок:
- Видал, какие профессора у нас завелись, карликовой породы! Ясно, что это эфирномасличный совхоз. И даже запах этот мне как будто с детства еще знаком.