- И не вздумай даже отлынивать.

Ты ко мне пришел за помощью, за информацией. Я тебе помог. Информацию ты получил. Так где же твоя человеческая благодарность? Что ж тебя два заслуженных ветерана, опера, два майора, наконец, теперь должны как красну девку уламывать? Дают - бери, бьют - беги. Не поверю, что Обнорский у себя в конторе таких людей держит, которые даже сто граммов выпить не в состоянии...

"При чем тут Обнорский?" - успел подумать я, до того как Синюшников протянул мне стакан и огурец. Ладно, хрен с ними. Все равно ведь не отвяжутся. И... понеслось...

***

Я вышел из отдела где-то в начале седьмого. Хоть убей - не помню, почему сидели так долго, о чем говорили и как появились вторые 0,75.

Помню лишь, что из отдела я отправился на Витебский, горя желанием набить морду всем зугдидским, которые встретятся на моем пути. Поскольку на следующий день на моем теле никаких следов от побоев не оказалось, наши пути, видимо, в тот день все же не пересеклись. Потом, помнится, я какое-то время торчал у "Пятого колеса". Следил за беспризорниками, пытаясь узнать в них своего.

Пытался даже поймать парочку, но они оказались гораздо проворнее меня и убежали.

Каким-то образом я все-таки добрался до дома и даже сумел самостоятельно раздеться. Об обещании отзвониться Спозараннику я, естественно, забыл. Зато перед тем как окончательно отрубиться, оказывается, успел записать на подвернувшейся газете внезапно пришедшую в мою пьяную голову абсолютно трезвую мысль. Я узнал об этом только утром, после того как газета совершенно случайно попалась мне на глаза.

С трудом разбирая собственные каракули, я прочитал:

Водка, жара и менты - это абсолютно несовместимые вещи.

***

На следующий день я сумел дотащиться до Агентства только к полудню. Нажираться два дня подряд - это явный перебор. К тому же мой организм, по-видимому, совершенно отвык от подобных нагрузок: и он, и я чувствовали себя отвратительно.