Я этому вопросу посвятил немало своих работ, начиная с книги «Загадочная русская душа на фоне мировой еврейской истории» и, надеюсь, доказал, что Моисей специально убрал из Первозакония нравственные заповеди, так как они сбивали с толку евреев, живших разрозненными семьями торговцев среди всех прочих народов. То ли не убий и не укради посвятить свою жизнь, то ли бороться за процветание разрозненной, но единой в своем Яхве торговой нации? Моисей остановился на втором. И у него получилось Второзаконие, не отвлекающее разрозненных среди народов семьи евреев от «удаленного единения» их посредством бога Яхве.

Но Моисей, не будь дураком, прекрасно понимал, что объединить–то он всех разрозненных евреев объединил в один кулак своим Второзаконием, а вот с моралью что делать? Тем более что мораль в своей родной еврейской среде очень даже нужна. А вот для тех, среди которых они жили, знать об этом – не обязательно. Поэтому для своих он ввел понятие судей, которые решали вопросы морали и права, не вмешиваясь в религиозные вопросы. Но знать остальным народам об этом, повторяю, не было нужды, это было даже вредно для самих евреев. Пусть, дескать, путаются в своем Первозаконии, стоят в нем нараскоряку, и думают, что исповедуют Второзаконие. Ведь ислам, а затем и христианство (вопреки общему мнению, что это наоборот) создали тоже евреи, но только не для себя, а для всех прочих.

И у всех историков, вышедших из исламских и христианских пеленок, где как в Первозаконии смешаны мухи с котлетами: и литургия и мораль, Первозаконие стало называться Второзаконием. При этом понятии мы и сегодня живем. Я это много раз доказал, но вот выпал еще один случай.