Александр Степанович Грин

Маленький заговор

I

- Садитесь, поговорим, - ласковым голосом сказал Геник, подвигая стул очень молодой девушке, на вид не старше семнадцати лет. - Мне поручено объясниться с вами и, что называется, - во всех деталях.

Гостья застенчиво улыбнулась, села, оправляя коричневую юбку тонкими, слегка задрожавшими пальцами, и устремила на Геника пристальные большие глаза, темные, как вечернее небо. Геник мысленно побарабанил пальцами, оседлал другой стул и спросил:

- Как меня нашли?

- Я вас отыскала скоро... Хотя вы живете в таком глухом углу... Я даже улицы такой раньше не знала.

- Улицу эту выстроили специально для меня! - пошутил Геник. - Смею вас уверить.

- Еще бы! - слабо улыбнулась она. - Для нас с вами другие места приготовлены.

- Каркайте, каркайте... Что же - улицу через прохожих отыскали?

Девушка отрицательно покачала головой.

- Нет, - поспешно сказала она, - мне объяснил Чернецкий, что улица эта выходит в числе прочих на Армянскую. Я ее всю и прошла, в самый конец.

Геник сделал серьезное лицо.

- Это хорошо! - заявил он, одобрительно кивая. - Всегда нужно стараться как можно меньше расспрашивать прохожих. Особенно в деле особой важности.

Девушка с уважением окинула глазами небрежно оседлавшую стул, худую и коренастую фигуру Геника. Даже и эту тонкость он считает важной - должно быть, замечательный человек.

- Ваше имя - Люба? - спросил юноша.

- Да.

Наступило короткое молчание. Девушка рассеянно оглядывала комнату, пустую и неуютную, где, кроме пунцовой розы, алевшей на столе в дешевом запыленном стакане, не на чем было остановиться и отдохнуть глазу. В широкое, настежь отворенное окно, вместе с теплым ветром и шелестом цветущей черемухи, плыл солнечный свет, щедро заливая грязные обои голых стен пыльно-золотистыми пятнами, на фоне которых, беззвучно и неуловимо, как ночные бабочки в свете лампы, - трепетали мелкие, пугливые тени ветвей и листьев, глядевших в окно.