- И о чем же вы с ней говорили? - спросил Мейсон.

- Я совершенно растерялась, ибо не предполагала, что Дуг Хепнер будет обсуждать свои матримониальные дела с матерью. Но вдруг он подзывает меня к телефону и просит, чтобы я побеседовала с ней.

- Он сказал ей о том, кто вы?

- Да, рассказал, Назвал ей мое имя, сообщил мой адрес, описал внешность, Он отметил даже такие детали, как рост, вес, объем груди, талии. Мне показалось, что речь идет о конкурсе красоты.

- И о чем вы говорили?

- Я сказала: "Хэлло, миссис Хепнер. Рада с вами познакомиться", и так далее в том же духе, а она в ответ; "Сын сказал, что вы вместе с ним едете в Лас-Вегас". после этих слов меня разобрала злость, И тогда я решила; пусть он только отвезет меня в Лас-Вегас, накормит, но заказать ему придется не один, а два номера, мистер Мейсон, Два! - И она показала два пальца.

- Вы помните число, когда это произошло?

- Я запомнила тот день абсолютно точно. У меня для этого были причины.

Мейсон вопросительно поднял брови.

- Пока я была в отъезде, мол квартира была взломала и в ней совершен акт вандализма, Но я... одним словом, в полицию я не заявила. Я знаю, кто это сделал и почему.

- Акт вандализма? - переспросил Мейсон.

Сюзанна кивнула, и в ее глазах зажглась злость.

- Я художница. Правда, я не пишу полотен. Я занимаюсь изучением определенных фаз развития европейского искусства. Откровенно говоря, я в этой области любитель, да к тому же посредственный, Скорее всего мне никогда не удастся внести выдающийся вклад в мировое искусство. И все же доставляет удовольствие изучать краски, которыми пользовались художники прошлого, цвет, световые эффекты. Мне думается, что именно цвет помогает полнее изучить различные школы живописи. У меня дома хранится большое число репродукций картин великих мастеров. Но не картин в целом, а отдельных фрагментов, которые подтверждают правильность моей теории...