В исторической ретроспективе это не вызывает сомнения. Но тогда, в первый день войны, Г. К. Жуков все пытался разобраться в противоречивых донесениях, чтобы принять обоснованные- решения. Около часа дня позвонил Сталин. Он раздраженно бросил в трубку: командующие фронтами (их было создано три: Северо-Западный, Западный и Юго-Западный) "несколько растерялись". Сталин приказал Жукову немедленно вылететь в штаб Юго-Западного фронта, разобраться в обстановке и помочь на месте. Жуков должен отбыть в качестве представителя только что созданной Ставки Главного Командования.
Жуков торопливо позвонил домой, коротко сказал, что уезжает, и менее чем через час был в воздухе. Поздним вечером в тот же день он в штабе фронта в Тернополе. Тут его настиг звонок из Москвы. Заместитель Жукова генерал Н. Ф. Ватутин сообщил: Сталин отдал новую директиву - перейти в контрнаступление, разгромить врага на главнейших направлениях с выходом на территорию противника.
- Но мы еще не знаем, где и какими силами противник наносит свои удары, - возразил Жуков. - Не лучше ли до утра разобраться в том, что происходит на фронте, и уж тогда принять нужное решение.,
- Я разделяю вашу точку зрения, но дело это решенное, - ответил Ватутин.
Приказ был приказом и для начальника Генерального штаба, оказавшегося в Тернополе.
Маршал Советского Союза И. X. Баграмян, в ту пору полковник, возглавлявший оперативный отдел штаба Юго-Западного фронта, оставил зарисовки о считанных днях пребывания там Жукова. Какие бы внутренние сомнения ни терзали Жукова, подчиненным он дал пример дисциплинированности. "Георгий Константинович Жуков, всегда отличавшийся конкретностью и четкостью в организации управления войсками; одобрил принятое командованием фронта решение и предложил не теряя времени отдать при-.каз о подготовке контрудара".