Только теперь, после убийства русским масонами и интеллигентами русской монархии, они позволяют себе иногда вскользь, глухо говорить о том, что духовный облик Николая I был намеренно искажен. Так, масон В. Маклаков, пишет в своих воспоминаниях, что от своих родных и знакомых, знавших лично Николая I, которых никак нельзя было назвать почитателями самодержавия, он никогда не слышал о нем отзывов, подобных отзывам Герцена. Маклаков признается, что прочитав впервые клеветнические инсинуации Герцена, он не знал кому верить Герцену, или родным и знакомым, совершенно иначе расценивавшим личность Николая I. И чем дальше шло время, тем правдивый образ Николая I искажался все больше и больше. Ложь, постоянно и многократно повторяемая, со временем приобретает обличье правды. И тогда большинство "за ослушание истине - верят лжи и ослушанию" "Ибо тайна беззакония УЖЕ В ДЕЙСТВИИ, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды УДЕРЖИВАЮЩИЙ" (Вт. Пос. Ап. Павла Феc. 12, 7). Николай I и был таким УДЕРЖИВАЮЩИМ. "Император Николай I, - пишет И. Ильин в "Наших задачах" (том II, 554), - удержал России на краю гибели и спас ее от нового "бессмысленного и беспощадного бунта". Мало того, он дал русской интеллигенции срок, чтобы одуматься, приобрести национально-государственный смысл и вложиться в подготовленные им реформы Александра II. Но она не использовала эту возможность". Философ И. Ильин писал в "Наших Задачах" (т. II, стр. 554), что одно из важнейших призваний Государя и Династии состоит в том, чтобы иметь верную, творческую и устойчивую СОЦИАЛЬНУЮ, отнюдь несоциалистическую, идею, т. е. план ведения государственных дел в неуклонном направлении свободной духовности, справедливости и хозяйственной продуктивности. Государь, не имеющий творческой социальной идеи будет править от случая к случаю, от наущения к наущению, а, может быть, по отжившей и государственно вредной традиции, а, может быть, от каприза к капризу.