Хейзинга и Г. Спенсер, полагающих, что «игровой инстинкт» унаследован человеком из его «прошлой», докультурной стадии существования, Николай Кузанский жестко разделяет игровой феномен, имеющий место в мире животных, и игру человека. Он утверждает, что «ни одно животное не задумывает изобрести новую игру и, соответственно, не размышляет и ничего не решает относительно нее.» [4, с. 266]. Параллельно внешнему, физическому движению, кинестезической деятельности, существует более высокий характер деятельности, интеллектуальное движение, присущее человеческой душе, точнее «движение разумного духа» [4, с. 266]. Согласно средневековому христианскому учению о человеке, он представляет собой иерархически устроенное триединство: тело — душа — дух. Поэтому физическое (природное) движение должно быть дополнено (и руководимо) душевным, а оно, в свою очередь, — духовным движением. Такое движение игры от плана физического должно завершиться восхождением к плану метафизическому, к вечности, к истине, к Богу. Такова философия игры (вернее, один из ее аспектов), развернутый в работе Николая Кузанского «Игра в шар.»

Думается, что в современном мире утрачена одна из важнейших составляющих игры — стремление к духовному совершенству и самоосуществлению. Сегодня игра в очень большой степени коммерциализирована (призы, тотализаторы) и существует лишь в физическом и грубо-эмоциональном плане (бокс, хоккей, футбол — весьма яркие примеры «брутализации» игры с их драками, или инсценировками драк на спортивном поле и хулиганствующими «фанами» на трибунах). Даже такая архетипическая форма «философской игры» как шахматы, сегодня оказалась в тени «больших денег» и «мелких интриг». Будущее человека и человечества невозможно без восстановления утраченного статуса игры как еще и духовной деятельности.

Литература

1. Гадамер Х. — Г. Истина и метод. — М.: Прогресс, 1988.

2. Лазарев Ф. В., Трифонова М. К. Философия. — Симф.: Сонат, 1999.