— Не знаю, что нам сулит ближайшее будущее, — сказал я, — а вот тем, кто уехал, — несладко. Чуть ли не на мачтах люди сидели. Пароходы едва не тонули, когда мимо нас проходили.

— Как мимо вас? — удивилась Вера Ивановна. — Разве они уже ушли?

— Часа два тому назад. Мы уже в море разминулись.

— Да не может быть? — испуганно воскликнула начальница. — Господи! Да ведь Оля-то наша осталась…

Вера Ивановна повернулась к двери в другую комнату и позвала взволнованным тоном:

— Оля, Оля!

— Сейчас, сейчас, — откликнулся знакомый голос и маленькая, круглая фигурка девушки показалась на пороге.

— Дядя Боб, — просияла она. — Вот это здорово! А я-то там мою детишек и не слышу…

— Оля, — встревоженно прервала ее Вера Ивановна, — ведь пароходы-то уже ушли.

Румяное лицо девушки разом побледнело, и она испуганно вздрогнула.

— Ушли? Не может быть! Ведь сказали же вечером!

— Да вот, Борис Лукьянович сам видел…

— Госп… — дыхание девушки прервалось, и вдруг она метнулась к дверям и исчезла прежде, чем мы успели ее удержать.

— Что это она?

— Да она ведь с отцом вместе должна была уехать, — нервно ответила Вера Ивановна. — Ей сказали, что пароходы вечером отправляются. Она и пришла мне помочь… А тут, видите сами, какая неразбериха…

— Знаете что, — озабоченно сказал я. — Пойдемте-ка, Вера Ивановна, за ней. В порту там такое делается…

— Это правда, пойдем, пойдем. Я тоже, кстати, хотела взглянуть на город… У вас, между прочим, какое-нибудь оружие есть? Впрочем, — улыбнулась она, — пока у вас кулаки при себе, с вами бояться нечего!

— Этот сорт оружие пока в полном порядке, но если порыться в карманах, так что-нибудь и подальнобойнее кулаков найдется.