- Ну ты, говно, вылезай, - я пнул ногой Юркова.

Он покорно полез к люку, даже не огрызаясь.

На пирсе встречают испуганные представители завода. Подъехал каперанг и я выложил ему все. Опять прислали десятки рабочих и засверкали огни сварки. Визг и грохот обрушились на несчастную подлодку. Среди этого бедлама вдруг появилось изувеченное лицо Лаврова. Он отзывает меня в сторону.

- Капитан, отдай пакет.

- Какой пакет? Я не брал никакого пакета.

- Капитан, прошу, отдайте. Если не вернете пакет, меня прикончат.

Я рванул его на себя.

- Слушай, скотина, я только что, чуть не отдал богу душу и именно из-за такого засранца как ты. Ты же нас чуть не утопил, говно. Кажется мало тебе вломили вчера, сейчас я дополню эту старую порцию более свежей.

Я замахнулся для удара, но мою руку кто-то сзади перехватил. Передо мной стоял каперанг.

- Ну как чувствовал, что ты что-нибудь здесь выкинешь. Марш домой, без тебя справятся. А вы Лавров, как вы выглядите? Что за вид? Почему на работе в таком виде?

- Я... У меня сегодня... отгул.

- Раз отгул, зачем вы здесь болтаетесь? Сейчас же убирайтесь с базы.

Лавров уходит, а я нахожу Николаича и прошу сменить всю систему воздушной магистрали к левой цистерне. Он кряхтит, но принимает заказ и я уношу с работы ноги.

За КПП меня ждет Гиви, тот самый боксер с пляжа.

- Моряк, куда несешься? Я к тебе.

- Никак должок возвратить хочешь?

Гиви смеется.

- Нет. Меня попросили довести тебя до дома. Ты оказывается важная персона, мне даже деньги за тебя отвалили.

- И кто же?

- Лешка и еще какой-то толстый такой.

- С чего бы они так заботятся обо мне? Скажи, а почему мне приставили охрану, тебе не говорил толстяк?

- Сказал, что ты грабанул кассу и теперь тебе намылят шею.

- Смотри как обо мне заботятся.

Мы идем по шоссе и болтаем о Лешке и его приятеле, рассказываем анекдоты, когда вдруг перед нами заскрипела тормозами "Волга", из нее вышли трое парней.