Вдруг распахнулась дверь, и весь облепленный грязью и глиной влетел Дмитрий Петрович.

- Никита Сокровенный! - вскричал он и кинулся обнимать поднявшегося с постели Меркулова.

- Откуда это ты? - с удивленьем спросил у него Меркулов.

И он, как Флор Гаврилов, при взгляде на приятеля, сначала подумал, что он шибко где-нибудь "загулял".

- Ты-то откуда? По твоему письму к воскресенью надобно было тебя ждать. А ты вон какой прыткий! - не слушая Меркулова, говорил Веденеев и снова принялся обнимать и целовать приятеля...

- Да не грязни же меня!..- закричал Никита Федорыч.- Скинь пальто да сюртук... Посмотри на себя, полюбуйся, весь в глине... мокрый, грязный - юша юшей (Юша --то же, что зюзя: насквозь мокрый от дождя или

грязи. Слово "юша" употребляется в Москве, во Владимирской, Тамбовской, Нижегородской губерниях и далее вниз по Волге до Сызрани. Ниже Сызрани его не слыхать.).

- Где это тебя угораздило?

-Да вони там,- махнув рукой в сторону, ответил Дмитрий Петрович и, подсев к Меркулову на кровать, всю ее перепачкал...

- Господи! Да что ж это такое? - вскрикнул Никита Федорыч, толкая его с постели.- Теперь надо все белье сменить. Скинешь ли ты грязное платье?..

- Сейчас, сию минуту! - быстро молвил Дмитрий Петрович. А сам ни с места. В разговоры пустился.

- Зачем обманул? Обещался к концу недели, а сам как снег на голову... Тут хлопочут, стараются, как бы получше встретить его, подарки готовят, время рассчитывают по минутам, а он - прошу покорно!.. Невестины подарки ведь только к субботе поспеют.

- Какие подарки? Что за невеста? - вскликнул Меркулов, а сам весь покраснел.

- Как "что за невеста"?.. Отлынивать вздумал, отрекаться?.. Нет, брат, шалишь - этого нельзя,- весело смеясь, говорил Дмитрий Петрович.- По нем тоскуют, убиваются, ждут его не дождутся, а он: "Что за невеста?" Завтра же нажалуюсь на тебя Лизавете Зиновьевне.