Естественно, в рамках закона и права Российской империи. Так, действительно, что же приобретал еврей, заплатив кагалу за право хазака?
Давайте посмотрим на это с точки зрения сегодняшних «капиталистических» реалий, а не глазами преподавателя Минской духовной семинарии середины XIX века с соответствующим экономическим суждением.
Предположим, в местную Торгово-промышленную палату (или отделение Ротари-клуба, или другое неформальное объединение местных предпринимателей) приходит один из его членов и заявляет: «Я тут присмотрел себе свечной заводик и веду подготовку сделки по его приобретению. Поэтому я сделаю взнос в пользу клуба (палаты, общества), а уж вы, друзья и коллеги, не суйтесь в мою сделку…». Этично или не этично выглядит поведение подобного бизнесмена? И насколько этичным будет поведение того, кто вопреки решению той же Торгово-промышленной палаты все-таки попытается перекупить объект сделки (или просто взвинтить его стоимость на торгах назло реальному покупателю)? Так вот, тот взнос, что делает бизнесмен в сторону Торгово-промышленной палаты и есть полный аналог хазака, гарантирующего, что никто из местных евреев не будет подвергать риску деловые интересы своего соплеменника. Не хочу говорить о справедливости там, где она заменяется двумя другими показателями – законностью и эффективностью. О несправедливости в бизнесе обычно говорят те, кто упустил прибыль и не может возместить упущенное законными средствами. Здесь мы вынуждены признать, что хазака работала на экономическую эффективность еврейского сообщества – кагала. И именно своей экономической эффективностью вызывала нарекания со стороны представителей титульных наций…