Мужик отдает топор, забирает рубль и собирается уходить. Еврей его останавливает.

– Слушай, тебе же, наверное, будет трудно отдать осенью сразу два рубля?

– Трудно, – соглашается мужик.

– Тогда давай сделаем так – ты мне один рубль отдай сейчас, а другой – осенью.

Мужик соглашается, отдает рубль, выходит на улицу.

– Интересно получается! Топора нет, денег нет, рубль должен, и ведь все ПРАВИЛЬНО!!!

При этом надо сказать, что внутри еврейской общины деловые отношения основывались на талмудических установлениях, которые сейчас нам видятся более прогрессивными и этичными, чем существующая на тот момент деловая этика и неписаные «законы» ведения бизнеса в России и во всем мире. Но с точки зрения авторов XVIII и XIX веков, чьи воззрения еще находились под влиянием «феодального» взгляда на предпринимательство и деловую активность, многие талмудические установления, управляющие экономической жизнью еврейского сообщества, выглядели непонятными и что естественно, даже вызывали возмущение! Рассуждать об экономических реалиях с точки зрения справедливости тогда считалось вполне уместно. Это сейчас мы знаем, что экономика не знает справедливости – но подчиняется строгим экономическим и юридическим законам. И незнание этих законов справедливо и закономерно приводит к нищете. Но это мы знаем СЕЙЧАС. Человек XIX века оперировал СОВСЕМ другими категориями.

Например, в «Книге кагала» Якова Брафмана

«Кагал продает на основании своих прав еврею N. дом, который по государственным законам составляет неотъемлемую собственность нееврея М., без ведома и согласия последнего. Какая, спрашивается, здесь польза для покупателя? Полученная им от кагала купчая ведь не может поставить покупателя к обозначенному в акте имуществу в те отношения, в которых каждый владелец находится в отношении к своей собственности! М. ведь не уступит свой дом потому, что он продан кагалом, и у кагала нет той власти, чтобы принудить его к уступке! Что же, спрашивается, приобрел покупатель N.